– Кто-то говорил, что не ест на ночь, – заметил Иган.

После ухода Шели он заметно оттаял и стал разговорчивее.

– Моя ночь начинается в четыре утра. И вообще. Кто-то жаловался, что у него проблемы с желудком.

– Конечно. После ужасного салата, который мне кое-кто приготовил.

– Ты сам виноват. Я предупреждал, что его нельзя есть с майонезом.

Мадена взяла нас обоих под руки.

– Не ссорьтесь. Давайте поговорим о чём-нибудь хорошем.

– Ты знаешь, как возникла китайская кухня? – спросил я.

Она безмолвно покачала головой.

– Ну, тогда будет чем развлечь тебя по дороге. (Брайан) Голова не просто болела – она раскалывалась. Конечно, эту боль вряд ли можно было сравнить с приступом мигрени – но я предпочёл не открывать глаза: никто не знал, как мой организм отреагирует на дневной свет.

Я лёг на спину и замер, прислушиваясь к происходящему в спальне. На подушке примостились кошки – они дремали, мирно урча, и, видимо, на улицу даже не собирались. Почти бесшумно работал кондиционер. Негромко бурчало радио. Вроде бы всё на своих местах. Ровным счётом ничего сверхъестественного. Я открыл было рот – и тут осознал, что не помню имени женщины, которая уснула рядом со мной вчера вечером.

– Милая? – вышел я из положения. – Ты уже проснулась? Как ты себя чувствуешь?

Может быть, ты хочешь кофе? Ты голодна?

Разумеется, мне никто не ответил.

Я приоткрыл-таки глаза, сел на кровати и оглядел комнату. Ужасный беспорядок – разбросанная по полу одежда (только моя), полная окурков пепельница (больше половины из них – остатки дамских сигарет, испачканных в помаде), чашка с водой на тумбочке, на полу – бутылка вина и два бокала. И никаких следов ночной гостью.

Только запах духов – теперь мои подушки пахли жасмином.

После двадцати минут, проведённых под ледяным душем, я отправился на кухню и с мыслью о том, что к алкоголю больше не притронусь, выпил рюмку коньяка. В голове немного прояснилось, но желудок всё же слегка нервничал при мысли о еде – хотя я был невероятно голоден. Я сварил кофе, присел у стола, закурил и стал восстанавливать в памяти события вчерашнего вечера.