Но поговаривают, что была тому иная, более темная, причина, не упомянутая даже в «Биографии»: Сахэй был необычайно красивым молодым человеком. Он был ослепительно красив и сохранил следы былой привлекательности даже в преклонные годы. Блеск юности прельстил жреца. Люди шептались о гомосексуальных отношениях между ними и указывали на то, что Харуё, несмотря на всю ее мягкосердечность и смирение, через год с небольшим после появления Сахэя покинула мужа и вернулась в дом своих родителей. Дайни, судя по слухам, был так опьянен юношей, что совершенно не уделял ей внимания.

Однако после того, как Сахэй нашел себе другое жилье, отчуждение между мужем и женой, видимо, прошло, и Харуё вскоре вернулась. Возможно, супруги сблизились даже больше прежнего, потому что через несколько лет у Харуё родилась дочь Норико. В конце концов Норико вышла замуж и была благословлена дочерью, получившей имя Тамаё, — она-то и станет одним из главных действующих лиц нашей истории.

Когда Сахэй покинул дом жреца, тот помог ему найти работу на маленькой шелковой фабричке. Кто бы мог предположить, что столь скромное начало приведет к созданию «Корпорации Инугами», одной из крупнейших в Японии? Толковый и расторопный, Сахэй за год успел освоить то, на что другим требуются годы и годы. К тому же, даже покинув дом Дайни, он оставался там частым гостем, и жрец продолжал обогащать ум Сахэя, постепенно превращая его в образованного и культурного человека. Даже Харуё, которая некогда оставила мужа из-за Сахэя, очевидно, пришла в согласие со своими чувствами, потому что, говорят, обращалась с ним как с братом, заботясь о его насущных потребностях, когда бы он ни появился.

В 1887 году, когда Сахэй впервые нанялся на шелковую фабрику, промышленное производство шелка-сырца было в Японии в зачаточном состоянии. Юноша быстро постиг тонкости всего процесса, а когда решил обзавестись собственным делом, именно Дайни Нономия снабдил его необходимым начальным капиталом.