Даже став совсем немощным, отец настаивал на том, чтобы самые интимные услуги ему оказывал его слуга Бейтс. Бедняга Бейтс. Он терпеть не мог оказывать эти услуги, но папа был не из тех, кому можно было противоречить. Каким бы слабым ни стало его тело, воля его была по-прежнему крепка.

Мокрые бриджи были холодными на ощупь, и она стянула их с плоского живота вместе с хлопковыми подштанниками, медленно продвигаясь вниз вдоль линии темных волос, заканчивающейся где-то в паху.

Бросив их на пол, она взяла полотенце и... замерла на месте.

Она нервно глотнула воздух. Ей следовало бы отвести взгляд в сторону, а не пялиться на сокровенные места бедняги, когда он беспомощен и лежит без сознания.

Но она не могла оторвать взгляда. Она впервые видела по- настоящему голого мужчину.

Что за удивительная вещь этот его мужской орган! Он лежал в своем гнездышке из темных кудряшек и казался совсем мягким.

Она посмотрела ему в лицо и с ужасом поняла, что у него открыты глаза и он наблюдает за ней. Наблюдает, как она пялится на его...

— Вы очнулись! — воскликнула она, торопливо набрасывая на него полотенце. — Как вы себя чувствуете?

Она поняла, что покраснела, но извиняться перед ним не собиралась. Она была вынуждена снять с него мокрую одежду ради его же блага.

Он продолжал молча смотреть на нее. Глаза у него были ярко-синего цвета. Она подумала, что таких синих глаз ей еще никогда не приходилось видеть.

— Вы упали с лошади и ударились головой. Вы можете говорить?

Он попытался что-то сказать, попробовал сесть, но она не успела даже помочь ему, как он со стоном снова упал на подушку и закрыл глаза.

— Не засыпайте! Скажите: кто вы такой?

Она потрясла его, схватив за предплечье. Он не ответил.