Он с интересом смотрел на Михаила иронично сощуренными глазами. У мужчины были редкие, светлые волосы, зачесанные назад. От крючковатого, хищного носа к тонким губам пролегали глубокие морщины. Сероватая, нездоровая кожа на жестком лице, проваливалась в области щек. Мужчина двигал крупной небритой челюстью, жуя резинку. К запаху мяты примешивался свежий коньячный перегар. У него был вид человека, с которым не хотелось связываться.

— Толя Кулиш, — прокуренным голосом представился мужчина и протянул плотную, волосатую ладонь.

— Миша Баталов, — ответил на крепкое пожатие лейтенант и перевел взгляд на полковника Кривоноса.

Полковник откинулся от письменного стола на спинку кресла, держа в руках тонкую папку. По его широкому лицу, с маленькими, быстрыми глазками, можно было понять, что информацию, которую хранила папка, полковник воспринимает в первый раз.

— Я погляжу, хорошего ты кандидата выбрал, — пробубнил полковник и начал выборочно зачитывать, — Баталов Михаил Николаевич, двадцать пять лет, срочная служба в милицейском батальоне, дослужился до сержанта. Поступил заочно в институт МВД, пять лет работает в ППС, благодарности, повышение в звании, призер по стрельбе. Очень хорошо, — полковник с интересом посмотрел на Михаила, — как ты, сынок, за пять лет дослужился в ППС от сержанта до старлея?

— Благодаря задержанию по горячим следам, товарищ полковник, — с наигранной скромностью ответил Михаил.

— Ага, вижу. Вот последнее. — Кривонос продолжил читать, — задержание вооруженного преступника, с применением огнестрельного оружия. Представлен к званию лейтенанта. Часто стрелять приходилось?

— Шесть раз, — Баталов до мельчайших подробностей помнил каждый эпизод. — Два раза на испуг, четыре на поражение. Отделывались легкими ранениями, — добавил лейтенант.