– Я надеюсь, что вам понравился вечер «Песни о люб­ви». Жду встречи с вами завтра в обычное время. С вами была Пэрис Гибсон на волне 101.3 FM. Спокойной ночи.

Нажав еще две клавиши, Пэрис вышла из эфира. Она тут же вскочила со своего высокого вращающегося кресла, распахнула массивную дверь студии, пробежала по темно­му коридору и ворвалась в аппаратную.

Комната была пуста. На столе Стэна стояла картонка с жареной курицей. Пэрис бросилась дальше, повернула на­право на пересечении коридоров и буквально налетела на Марвина, возившего грязной тряпкой по стеклянной двери.

Она задохнулась от неожиданности и тут же выпалила:

– Ты не видел Стэна?

– Нет.

Марвин говорил мало. Если он открывал рот, то ограни­чивался односложными словами.

– Он уже ушел?

На этот раз он вообще не удостоил ее ответом, а лишь пожал плечами.

Оставив в покое уборщика, Пэрис влетела в мужской ту­алет. Стэн стоял у писсуара.

– Стэн, иди сюда.

Удивленный ее неуместным появлением, он повернул к ней голову:

– Что такое? Видишь ли, Пэрис, я в некотором роде занят.

– Поторопись. Это важно.

Она вернулась обратно в студию и подкатила свое крес­ло к устройству, записывающему все входящие звонки, чтобы у ведущего была возможность при необходимости связаться со слушателями. На пленку записывалось также и все то, что выходило в эфир, но этим занималась другая машина. В данный момент Пэрис интересовали только входящие звонки.

– Что происходит? – поинтересовался Стэн, погляды­вая на свои часы. – У меня есть планы.

– Послушай это.

– Ты помнишь, что моя смена заканчивается в ту секун­ду, когда ты выходишь из эфира?

– Заткнись, Стэн, и слушай.

Он прислонился к контрольной панели.

– Ладно, но я все равно не могу задерживаться надолго.