– Да, а эта постановка? Как она могла за один день разобраться в такой сложной машине да еще сама запрограммировать совершенно новую сказку? Дикки сегодня весь день ходит подавленный.
– Ну, этого я не замечал. Дикки сегодня был просто злым и капризным, – в сердцах сказал Фрэнк. – Как и вообще в последнее время.
Джейн даже всплеснула руками:
– Злой? Мой Дикки – злой? Фрэнк, ну что ты говоришь! – От обиды на ее глазах навернулись слезы. – Ты всегда был далек от детей, да и вообще никуда не годен как отец! Нужно же понимать нежное сердце ребенка… Он всего на год младше Эмми, а она его беспрестанно терроризирует, да, не возражай, терроризирует, подчеркивая свои способности. Ну разве бедный мальчик виноват, что ему тяжело дается высшая математика? А Эмми уже второй год возится с переносным компьютером, как будто это кукла… И этот мерзкий компьютер подарил ей ты! А теперь еще Машина Сказок… Зачем я позволила тебе ее купить?.. Скоро она нас ни во что не будет ставить.
– Ну хорошо, – сдался Фрэнк. В глубине души, сам себе не признаваясь, он думал так же. – Что ты предлагаешь? Мы уже и так перевели Эмми в прошлом году в математическую школу, да еще на три класса вперед… Думаешь, это ей все так просто обходится?
Джейн поняла, что немного перегнула палку, и немедленно превратилась в ласковую и послушную девочку, которой добродушный Фрэнк никогда не мог ни в чем отказать.
– Ну разве я желаю Эмми зла? – прильнула она к мужу. – Я понимаю, талантливый ребенок – это счастье, это большое будущее для всей семьи… Но… но нам нужна консультация знающего специалиста. Этот седой кот Кроннер советовал то же самое. Есть же особые интернаты… Нет, нет, не волнуйся, я пошутила. Пойми, милый, талант – это общественное достояние, и мы не имеем права… – Не зная, как продолжить эту высокопарную фразу, Джейн заключила ее страстным поцелуем.
Судьба Эмми была решена.
Утро было золотистое и прозрачное, все в солнечных бликах и всплесках свежего ветра, и Эмми долго лежала в постели, закрыв глаза и боясь даже шевельнуться, чтобы не спугнуть то удивительное чувство счастья, которое доступно только детству.