К тому времени, когда нашлось свободное место для парковки неподалеку от «Бру», Пибоди получила по пор­тативному компьютеру требуемую информацию.

– Согласно записям заводских номеров, дрель принад­лежала убитому.

– Раз так, то в качестве отправной точки для правосу­дия можно брать убийство второй степени. Обвинитель не будет тратить время на то, чтобы доказать преднамерен­ность.

– Но вы же считаете, что она пришла именно с намере­нием убить его!

– Конечно, считаю. Но это никого не интересует.

Выйдя из машины, они направились к обшарпанному зданию, над дверью которого тускло светилось изображе­ние пивной кружки с выливающейся через край пеной. «Бру» делал деньги в основном на дешевом пиве не первой свежести с тухлыми орешками. Его завсегдатаями были неудачливые владельцы маленьких аттракционов и служа­щие мелких фирм с лицензионно ограниченным полем де­ятельности. Любили посидеть здесь и пробивные дельцы, которым было нечего пробивать.

В баре стоял спертый дух, раздавалось негромкое гуде­ние голосов. Несмотря на плохое освещение, некоторые из посетителей все же разглядели вошедших и тут же отвели глаза. Даже если бы рядом с ней не было Пибоди в уни­форме, в Еве все равно можно было бы сразу узнать копа. Она держалась с чуть заметной напряженностью, в кото­рой чувствовалась привычная готовность к любому пово­роту событий. Взгляд ясных карих глаз, который скользил по помещению бара и по лицам, был твердым, спокойным, сосредоточенным и подмечал все, не выражая при этом никаких эмоций.

Только несведущий в здешних криминальных нравах мог увидеть в ней обычную посетительницу, всего лишь женщину с коротко стриженными темно-русыми волоса­ми, с узким лицом и ямочкой на подбородке. Большинство же из тех, кто часто посиживал в «Бру» и обитал или про­мышлял поблизости, чуяли полицию за километр. В дан­ном случае им было все равно, кто вошел – мужчина или женщина. Для них это был прежде всего коп, а в юбке или в брюках – неважно.