- Все не так просто. Я не веду это дело. Если Наладчика выловили в Нью-Джерси, оно тем более не может касаться меня. Не думаю, что тамошние копы очень обрадуются, если я начну вмешиваться в их расследование.
- Как по-твоему, насколько добросовестно большинство копов подходят к таким случаям?
- Есть довольно много копов, которые не боятся хлопот. Но, конечно, есть и такие, которые будут пытаться закрыть это дело.
- Но ты ведь постараешься? - Рацо взглянул на нее с такой детской верой в глазах, что Еве стало не по себе. - А я тебе помогу, нарою что-нибудь. Если Наладчик разговаривал со мной, он мог говорить еще с кем-то. Слышь, его нелегко было запугать, но когда он звонил мне, он был сильно напуган. Они не поступили бы с ним так, если бы собирались просто взять банк.
- Может, и не поступили бы, - согласилась Ева, хотя прекрасно знала, что порой туристам выпускают кишки за браслет и пару кроссовок. - Я загляну в файл, но больше обещать ничего не могу. А ты пошарь. Если раскопаешь что-то еще по этому делу, дай знать.
- Хорошо-хорошо, - закивал Рацо и грустно улыбнулся Еве. - Ты найдешь энтих, которые так поступили с Наладчиком. Другие копы не узнают, во что он мог вляпаться. А ты способна выяснить... Я ведь добротную информацию тебе принес, правда?
- Да, Рацо, достаточно добротную. - Ева поднялась и, порывшись в кармане, положила на столик несколько кредиток.
На улице Пибоди спросила:
- Наверное, мне нужно пройтись по файлам относительно этого дела?
- Пройдись. Но до завтра это вполне терпит. И попытайся определить, что имел в виду Наладчик, когда говорил про "Арлингтон". Прочеши названия домов, улиц, частных владений, деловых центров... Если что-то найдем, то сообщим об этом офицеру, ведущему расследование.
Уже в машине Пибоди спросила:
- А этот Наладчик не работал на кого-нибудь из полицейских?
- Нет, - ответила Ева, включая зажигание. - Он терпеть не мог копов и был не из пугливых, хотя отличался жадностью. Управлялся в лавке один и работал круглую неделю, без выходных. Поговаривали, что он держал под прилавком армейский бластер и охотничий нож. Часто бахвалился, что может сделать из человека филе так же легко и быстро, как из форели.