– Я. – Высокий худощавый человек с кофейно­го цвета кожей и блестящей лысиной шагнул впе­ред. – Джон Бригем.

– Вы пойдете со мной, Бригем.

Так как у Евы не было при себе мастер-кода, она указала на дверь. Когда Бригем открыл ее, она вошла внутрь и окинула взглядом роскошно обставленную гостиную. Большие окна были зашторены, и свет горел в полную мощность.

– Где она? – спросила Ева у Бригема.

– В спальне налево.

– Когда вы прибыли сюда, дверь в спальню была открыта или закрыта, как сейчас?

– Закрыта, но я не знаю, с каких пор. Ее обнару­жила миссис Хайлоу.

– Та женщина, которая плакала в коридоре?

– Да.

– Ладно, посмотрим. – Ева подошла к двери и открыла ее.

Играла музыка. Электричество ярко освещало лежащее на кровати тело, похожее на сломанную куклу, которую бросил тут избалованный ребенок. Одна рука была неестественно изогнута, лицо по­чернело от кровоподтеков, а форменная юбка была задрана до пояса. Тонкий серебряный шнур врезал­ся в горло, словно смертоносное ожерелье.

– Думаю, естественные причины можно исклю­чить, – пробормотал Рорк.

– Да. Бригем, кто был в этих апартаментах, кроме вас и миссис Хайлоу, после того, как обнаружили тело?

– Никого.

– Вы подходили к телу? Прикасались к нему или еще к чему-нибудь, кроме дверей?

– Я знаю правила, лейтенант. Двенадцать лет я прослужил в чикагском полицейском департаменте. Хайлоу позвонила мне по мобильнику, и я примчал­ся сюда через две минуты. Вошел в апартаменты, за­глянул в спальню и сразу увидел, что жертва мертва. Зная, что Рорк здесь с вами, я связался с ним, потом запер номер и стал ждать вас в коридоре.

– Отлично, Бригем. Раз вы служили в полиции, то знаете, как часто непрошенные помощники уничтожа­ют следы на месте преступления. Вы знали жертву?