— Может он поступает, как Банди

— Может быть. Хотя я всё же считаю, что это работает лучше, если жертвы знали того, кто просит о помощи. Этот парень убивает знакомых людей. Я думаю, что составители психологического портрета убийцы правы в этом, шеф.

Со вздохом Рэйф ответил.

— Да, я тоже. Меня воротит от мысли, что этот ублюдок — местный, а не какой-то безумный незнакомец проездом оказавшийся в нашем городе. Но я не вижу другого способа объяснить, как он убеждает этих женщин пойти с ним.

— Если только он не представитель власти, которому они доверяли и слушались беспрекословно. Например, коп.

— О, черт, даже не думай об этом, — так быстро ответил Рэйф, что Мэллори поняла, такая возможность уже приходила ему в голову. 

Она бесцеремонно разглядывала его, пока Рейф хмуро смотрел на тело Триши Кейн. В тридцать шесть лет, за всю историю Гастингса он был самым молодым шефом полиции, правда с большим опытом работы в силах правопорядка, как в теории, так и на практике: никто не сомневался, что Рэйф Салливан достаточно квалифицирован для подобной должности.

Кроме, вероятно, самого Рэйфа, который был намного умнее, чем осознавал сам. 

Мэллори не раз задумывалась о том, не были ли сомнения в себе и своем мнении связаны с тем, как он выглядел. Рэйф не был уродлив, но, честно говоря, то, как он себя описывал — «головорез», вполне походило на правду. У Рэйфа было резкое, но достаточно спокойное лицо. Над глазами, такими темными, что люди под его взглядом испытывали неловкость, нависали тяжелые веки, а нос был сломан по крайней мере дважды. Шеф полиции обладал острой, упрямой челюстью, а высокие скулы безоговорочно свидетельствовали о кельтском происхождении.

Рэйф также был очень крупным, ощутимо сильным мужчиной, несколькими дюймами выше шести футов. Такого парня хорошо иметь на своей стороне независимо от того, по какой причине началась драка.