Некоторое время спустя, опустошив вместительную тарелку и поставив ее на поднос отиравшегося поблизости лакея, Хантер почувствовал себя значительно лучше. Прежде чем лакей испарился, капитан успел ухватить с подноса хрустальный графинчик виски и намерен был отдать напитку должное.

Теперь ничто не тревожило его гордости. Денщик полковника выстирал и выгладил его форму, пока сам Хантер мылся и соскабливал со щек многодневную щетину. Привалившись спиной к холодному мрамору колонны, не спеша потягивая крепкий напиток, Хантер чувствовал себя более или менее в ладу с самим собой. Он даже протанцевал один из танцев с Лэйн Кавано. Впечатление, которое он вынес из их короткой беседы, было не самым лестным для старшей дочери полковника: она была той же Сэйбл, только более зрелой.

Краем уха Хантер услышал поблизости воркующий женский смех, призывный полувздох-полустон, и улыбнулся, радуясь за всех тех, кто этим вечером получит шанс коснуться нежной женской плоти.

— Зачем вы мучаете меня? Завтра я отправляюсь на фронт! — взмолился кто-то шепотом.

Должно быть, ответом ему было отрицательное движение головы, потому что послышался глубокий вздох разочарования. «Тебе попалась дразнилка, приятель. Не повезло!» — мысленно обратился Хантер к неизвестному и сделал хороший глоток из своего стакана.

— Из уважения к вам я предлагаю вернуться в комнаты…

— И это все, что вам от меня нужно? — кокетливо прошептал женский голос.

— Вы ведь знаете, что это не так, мисс Кавано!

Хантер насторожился, весь превратившись во внимание, и бесшумно заглянул за колонну, у которой стоял.

— Тогда зачем нам идти в комнаты? — Женский пальчик, обтянутый шелком перчатки, скользнул по рукаву формы вниз.

— Но я… я не ручаюсь за себя!.. — пролепетал офицер, судорожно схватившись за край каменной скамьи, на которой притаилась парочка.