Мак еще учился в колледже, но даже в свои неполных двадцать два года обладал таким спокойным достоинством, что ему можно было дать больше. Двадцатичетырехлетний Зейн слыл самым беспутным, а свое рабочее время делил между собственным компьютерным — пока не слишком надежным — бизнесом и дававшей постоянный заработок службой в баре у брата. Чейз, которому исполнилось двадцать семь, делил с Коулом все обязанности пополам. Хотя бар принадлежал старшему брату, все важные решения он принимал, только посоветовавшись с Чейзом. В отличие от Коула Чейз был человеком тихим, чаще всего работал за стойкой, смешивая напитки и больше слушая, чем говоря.

За семь месяцев знакомства с ними Софи убедилась, что братья прекрасно ладят друг с другом и что их обаяния хватает для того, чтобы свести с ума все женское население Томасвилля в штате Кентукки.

— Кое-кто нам даже предлагал обслуживать посетителей обнаженными по пояс, — припомнил Коул.

Софи чуть не рассмеялась. Местные газеты забавлялись тем, что добродушно подкалывали братьев. Они дразнили их за привлекательность и ошеломляющий успех у женщин, постоянно уговаривали дать интервью и рассказать о своей личной жизни. Уинстоны неизменно отказывались.

Коул был явно раздражен, а Софи идея показалась забавной. Видит Бог, эта четверка наверняка удвоила бы свою популярность, обслуживая клиентов обнаженными по пояс. Представшая мысленному взору Софи картинка была весьма волнующей.

— Зейн как-то целый день грозился снять рубашку, — добавил Коул. — И женщины не сводили с него глаз, чтобы не упустить момента. Мне пришлось следить, чтобы Зейн не устроил стриптиза и нас не закрыли.

На сей раз Софи не удержалась от смеха, представив, как Зейн устраивает стриптиз. Он флиртовал со всеми напропалую и, как и остальные братья Уинстоны, имел множество поклонниц.

— Вы нечасто смеетесь.

Софи закусила губу.