Джесс назвала адрес квартиры в Лос-Анджелесе, где они жили с Миком последние полтора года. В подробности она вдаваться не стала.

Записав все это, мужчина вопросительно посмотрел на нее.

— Наверное, будет лучше, если вы расскажете с самого начала.

Джесси рассказала ему все, что смогла вспомнить про молодую девушку с растрепанными волосами, которую подсадила в грузовичок сегодня утром. Дэн Макадаме слушал внимательно, иногда переспрашивая, пока, наконец, не выяснил все необходимое.

— Кто-нибудь видел, как она уходила из ресторана?

— По-моему, нет. В заведении было пусто — три часа для ужина еще рановато. Он постучал ручкой по блокноту.

— Это маленький городок. Куда она могла уйти?

— Не знаю. Она просто исчезла.

— А вы не стали дожидаться ее возвращения. Почему?

— Я ждала довольно долго, пока не поняла, что надо купить детское питание и подгузники. А потом подумала, что она — мать девочки, — возможно, сейчас голосует на дороге, и решила попытаться догнать ее. Я думала, что если не отыщу ее, то сдам ребенка в Денвере в полицейский участок. Я звонила туда, но связь была такая плохая, что мне ничего не удалось объяснить.

Подошел Гэс и наполнил их чашки кофе.

— Я закрываюсь, — объявил он. — Можете оставаться здесь сколько угодно. Мисс… — обратился он к Джесси, — вы с ребенком можете переночевать здесь. Я приду в шесть утра. Не думаю, что приедет еще кто-нибудь, но свет на улице я на всякий случай оставлю.

— Отличная мысль, Гэс, — сказал Дэн. — Спасибо. Когда мы будем уходить, я выключу кофеварку.

— Спасибо, — произнесла Джесс. — Полагаю, сегодня я уже никуда не поеду.

— Да уж, погодка — не дай Бог. В холодильнике пирог. Угощайтесь.

Гэс прошаркал в дальнюю комнату. Через минуту верхний свет в зале погас. Джесс с облегчением заморгала, радуясь, что свет дневных ламп больше не режет глаза. Только сейчас она ощутила, насколько сильно устала.