— Простите мое любопытство, Ричард, но зачем вам столько одинаковых каталогов?

Дик мысленно поздравил себя.

— Когда работаешь с детьми, всегда лучше иметь побольше экземпляров, — пояснил он с улыбкой.

— Вы работаете с детьми?

— Да. Я учитель. Странно, правда? Сам никак не могу привыкнуть… Сейчас преподаю в начальной школе и веду курсы по искусству у ребят постарше.

Если Кэтрин и заинтересовало это сообщение, она ничем этого не показала.

— Вот как? Сложно, наверное, заниматься с малышами?

— Если любишь свою работу, то никакое дело не сложно, — рассмеялся Дик.

— Верно, — кивнула Кэтрин. — И давно вы преподаете?

— Около семи лет, но в этой школе только второй год. До этого я давал частные уроки французского и итальянского…

— Вы владеете французским и итальянским? — воскликнула Кэтрин.

— Стажировался в Сорбонне, — скромно сказал Дик, забыв упомянуть, что ни разу не появился в университете на лекциях, проводя все время на Монмартре.

— И какой же университет вы заканчивали? — спросила Кэтрин.

— Оксфорд, — ответил «удивленный» Дик. Разве он не имел полного права удивляться? Женщина, с которой он познакомился десять минут назад, с подозрительной дотошностью выпытывает подробности его карьеры. — Честное слово, это не очень интересная тема…

Кэтрин покраснела. В сочетании с рыжими волосами румянец смотрелся очаровательно.

— Простите мою назойливость, Ричард, — проговорила она, — просто как раз сейчас я подыскиваю домашнего учителя для своих детей, и мне ужасно не везет.

— Да, это нелегкое дело, — сочувственно покачал головой Дик. — Помню, когда я работал в семье лорда Уэйна, они очень долго не могли найти воспитателя для младшей девочки…

— Вы были домашним репетитором?

Дик кивнул. В душе он даже жалел Кэтрин — надо же, сколько совпадений!