Судя по выражению лица, парень пребывал в сомнениях, что все вот это влезет в такую хрупкую девушку. Хотя уже знал, что влезет, и еще место останется. Васька обожала поесть, но при этом не толстела.

   - После обеда я еще пару-тройку раз скачусь, - Василиса набросилась на еду. - Фотом фы ф фовой фойдем ф афпапфк.

   - Прожуй сначала, а? - поморщился Глеб.- Пойдем, конечно. Только я больше кататься не буду, подожду тебя здесь.

   Василиса что-то промычала, не отрываясь от еды. Ей было все равно, пойдет Глеб кататься или будет сидеть тут. На горе они все равно были порознь. Парень катался, по его утверждениям, для поддержания формы и здорового цвета лица, а Васька просто развлекалась и балдела. Пять лет назад, пропахав носом детскую трассу, она была уверена, что возненавидит горные лыжи так же, как и беговые. Но нет, почему-то вместо ненависти пришла любовь, да такая сильная, что девушка теперь старалась каждый свободный день выбираться на трассы, либо в городе, либо вот на таких турбазах.

   Пока Василиса ела, Глеб сидел напротив и смотрел на нее умиленным взглядом. На пару девиц, прошедших мимо и одаривших его восхищенными взглядами, он не обратил ни малейшего внимания. Для него существовала только эта рыжеволосая сероглазая девушка в лыжных штанах и теплой водолазке.

   Скрипнула дверь, пропуская в теплое помещение очередную, раскрасневшуюся от мороза и спусков компанию. Парни и девушки, громко переговариваясь заняли один из столов.

   - Васька! - вдруг завизжал кто-то так, что вздрогнули все посетители кафе. Сама Василиса от неожиданности выплюнула чай прямо на Глеба, точнее, на его ярко-синий свитер. Парень ругнулся и потянулся за салфеткой.

   - Прости, - успела вымолвить Васька, после чего была едва не сбита с ног темноволосой смуглой девушкой с прозрачными зелеными глазами и в оранжевом горнолыжном костюме.