Джас пробормотал что-то нечленораздельное, но Блайт не обратила на это внимания, поскольку уже оседлала своего любимого конька.

— Мне говорили: ты хоронишь свою молодость в глуши, почва здесь неподходящая и тому подобное. Но до Окленда всего часа полтора езды, разве это глушь? И мой бизнес хорошо пошел. Вот только… рынок в последнее время заполонили искусственные цветы. Но я не отчаиваюсь и в этом году хочу вырастить новую культуру — подсолнух.

— Подсолнух? — удивился Джас.

Блайт приняв интерес соседа за чистую монету, прочитала ему целую лекцию об этом растении и уже собиралась плавно перейти к другим представителям флоры, как вдруг совершенно случайно заметила на лице собеседника снисходительную ухмылку. Джас едва сдерживался, чтобы не зевнуть.

— Ну что ж, — поспешно произнесла Блайт, — думаю, нам пора проститься.

— Вы правы, — не менее поспешно отозвался Джас. — До свидания. Богатого вам улова! — И пошел прочь.

Внимательно глядя под ноги, Блайт натолкнулась на обломок какой-то доски и поспешила сунуть находку в бездонный мешок, раздумывая при этом над поведением своего бестактного соседа.

На обратном пути девушка попала под дождь, промокла до нитки и домой вернулась в дурном настроении, которое не улучшили ни освежающий душ, ни сухая одежда. Ливень усилился, потянуло сыростью, и Блайт решила развести огонь в камине. Придвинув кресло поближе к огню, она села и принялась перебирать найденные на берегу «сокровища».

Когда огонь в камине начал затухать, Блайт подошла к окну. Ее внимание привлек тускло мерцающий огонек в доме на другом конце долины. Сквозь залитое водой стекло она разглядела далекое светлое пятнышко, которое то и дело гасло из-за неясной тени, мелькавшей вдалеке. Должно быть, мистер Тразерн мечется из угла в угол, поэтому свет и гаснет, решила Блайт. Но вот тень остановилась. Блайт помахала рукой, но не получила никакого ответа.