— Я с места не сдвинусь, отец, — заявила Девон тоном, не терпящим возражений. — То, что здесь происходит, вовсе не для меня. Если бы не договор с Винни здесь встретиться, то, наверняка бы, я осталась дома.

— И пропустила бы такое торжество? — спросил лорд Чатем, озадаченный безразличием дочери. — Твой жених должен сопровождать нас после казни на музыкальное представление Леди Мэри. Ты видишь где-нибудь Винстона?

— В этой толпе? — с издевкой усмехнулась Девон, беззаботно тряхнув гривой великолепных золотистых кудрей. Элегантно собранные на макушке изящно очерченной головки волосы Девон имели цвет созревшей пшеницы. Когда она их расчесывала, то пряди волос струились нежным каскадом мягких волн и завитков ниже талии.

— Ну, тогда я пошел, голубушка, — сказал граф, весело покачиваясь, пока его грузное тело выбиралось из кареты. — Петере и Хадли останутся здесь присмотреть, чтобы с тобой ничего не случилось. Столь торжественный случай, как этот, заслуживает того, чтобы рассмотреть зрелище поближе.

Девон провожала взглядом громоздкую фигуру отца до тех пор, пока ненасытная человеческая толпа на Тилбери Пойнт не поглотила его. Единственное дитя лорда Чатема, графа Милфорда, девятнадцатилетняя леди Девон считалась выгодной партией в этом сезоне. Высокая и стройная, с царственной осанкой и мягкими линиями изящного тела, она останавливала на себе восхищенные взоры молодых кавалеров: осиная талия, соблазнительные бедра и невероятно длинные ноги. Многие мужчины ухаживали за ней. Их привлекала не только обворожительная красота, но и богатое приданое невесты. Однако Девон остановила свой выбор на виконте Винстоне Линли, сыне герцога Гренвиля. Его пылкое красноречие, страстная привязанность, приятная наружность и светлые волосы покорили сердце красавицы, и молодые люди собирались пожениться через шесть месяцев, когда Винстон закончит службу на флоте.