– А, красотка мисс Мардин. Она танцовщица и певица, с недавних пор украшает собой сцену “Друри-Лейн”. – Эннис ухмыльнулась. – Чарлз, я была бы тебе крайне обязана, если б ты помог мне залезть в карету. Мы уже минут десять тут стоим, а, как метко подметила мисс Мардин, довольно холодно.

– Эта… девочка танцовщица? – удивился Чарлз. – Да ей же лет семнадцать, не больше!

– Да ей все тридцать пять, – весело проговорила Эннис, устраиваясь на мягком сиденье. – И, я слыхала, она скорее из Портсмутских доков, а не из Парижа.

– Господи! – пробормотал Чарлз. – А какое она имеет отношение к Эшвику?

Эннис посмотрела на него многозначительным взглядом. Чарлз охнул.

– Ну, может, лорд Эшвик просто оказывает услугу своему приятелю, – весело продолжала Эннис. – В Лондоне поговаривали, будто она возлюбленная герцога Флитского. Кто бы мог подумать, что эта райская птичка залетит в такое место, как Хэррогейт?

– Ты очень несдержанна на язык, Эннис, – проворчал Чарлз. – Это все влияние Лондона. Надеюсь, ты не учишь своих подопечных сплетничать?

Эннис рассмеялась:

– Ой, прости, если я оскорбила твою нравственность. Я не знала, что ты у нас стал таким пуританином.

Экипаж выехал со двора и повернул на Силвер-стрит. До дома на Черчроу, который Чарлз снял для Эннис, можно было дойти и пешком, если бы не багаж. Эннис выглянула в окошко.

– Господи, как я рада, что снова приехала сюда! Последний раз я была здесь года два назад. – Эннис повернулась к Чарлзу. – Скажи-ка мне, что у тебя с лордом Эшвиком? Вы поссорились? Я даже не знала, что вы знакомы.

Чарлз поерзал на сиденье.

– Я с ним познакомился в прошлом году, когда умер его зять. Тут такое дело, Эннис. – Чарлз вздохнул. – Покойный лорд Тилни, зять Эшвика, имел одно совместное дело с мистером Ингрэмом, но дело прогорело, и мистер Ингрэм выкупил все его долги. На день своей кончины Хамфри Тилни был должен Ингрэму большую сумму. Эшвик согласился все выплатить, чтобы спасти от нужды свою сестру. Но тут возникли кое-какие затруднения.