Николас сделал знак крупье, что не будет играть следующий кон, одарил сидящих напротив пожилых дам очаровательной улыбкой, кивнул остальным мужчинам и хозяину дома лорду Хардингу.

– Прошу нас извинить. – Он взял Александру под локоток и вывел из комнаты. – Ты не можешь всю ночь напролет просидеть за картами с мужчинами. От твоей репутации ничего не останется.

– Но там ведь и другие дамы присутствуют! – взвизгнула Александра.

– Все они уже вдовы, заядлые картежницы, причем в том возрасте, когда нет нужды заботиться о репутации.

– Моей репутации не повредит, если я посижу за одним столом с вдовами, – упрямилась девица.

– Пока ты не начнешь жульничать, котеночек. Вот тогда придется расплачиваться по полной.

– Но ты по крайней мере принес мне «Опасные связи» Лакло?

– Нет. – Его голос стал еще ниже, превратившись в рычание – предостерегающее рычание. Но Алекс проигнорировала это предостережение.

– Почему нет?

– Абсолютно неподходящая вещь, один разврат и непристойщина.

– Я должна узнать о сексе, если собираюсь писать романы.

– Опять за старое? Ну и упрямый же ты ребенок.

Она заглянула в его серые глаза, и они показались ей бездонными озерами. Девушка поморгала, прогоняя видение. Как больно слышать его неодобрение, но куда страшнее получить отказ.

– Да что с тобой, Ник? Мы ведь через всякие эскапады и приключения вместе прошли.

– Это было в детстве, когда я учился в школе. С тех пор я вырос и повзрослел, а ты, похоже, нет, бесенок.

Она саркастически хмыкнула:

– Непонятно, как ты вообще снизошел до разговора со мной с высоты своего престарелого возраста.

Другого столь возмутительного создания противоположного пола на всей земле не сыскать, но стоило Нику взглянуть на яркую головку, и у него тут же возникало желание взять Алекс под свою защиту.

– Если пообещаешь вести себя примерно в ближайший час, я встречусь с тобой в десять в летнем домике, там и поговорим.