— Ты решила себя в гроб загнать?

— Ой! — вскрикнула вошедшая в маленькую комнатку, похожую на радиостудию, женщина. — Ты меня испугала.

— Ты меня тоже путаешь. И с каждым днем все больше и больше. Ты давно смотрела на себя в зеркало, Шерри?

— Вообще-то нынешним утром, — слегка смутившись, ответила Шерри. — По-моему, все без изменений.

— Посмотри. — Нэнси протянула подруге маленькое круглое зеркальце. — Твои глаза потухли. Вместо прежнего жизнелюбия и задорного огонька в них читается только усталость и недосыпание. Ты бледнее моли в платяном шкафу. Даже твои некогда роскошные волосы потускнели. Они уже не блестят на солнце подобно зрелой пшенице, а напоминают скорее сухой тростник.

— Да ты настоящий поэт, Нэнси, — с нервным смехом ответила Шерри.

— Я волнуюсь за тебя.

— Напрасно. У меня все хорошо.

— Неужели?

— Уверяю тебя.

Шерри без сил опустилась на стоящий рядом стул.

— Милая, ты изводишь себя. Скажи-ка мне, ты вообще ешь? На тебя смотреть жутко: кожа да кости.

— Многие бы позавидовали, — парировала Шерри, которую уже порядком утомили дружеские заботы подруги и коллеги.

— Ты домой-то хоть после работы успела заскочить?

— Вообще-то…

— Ясно, можешь не продолжать. Я так и знала. — Нэнси всплеснула руками. — Куда только смотрит мистер Байл?! Разве он не видит, что его подчиненные изнуряют себя работой? Сначала консультации в центре «Согласие сердец», а в ночную смену — еще и дежурство на телефоне доверия для подростков. Знаешь, Шерри, пусть ты и первоклассный психолог… но тебе самой скоро понадобится помощь специалиста.

— Я обращусь к тебе, дорогая, — с сарказмом отозвалась Шерри.

— Думаешь, я шучу?

Шерри напустила на себя преувеличенно серьезный вид и помотала головой из стороны в сторону.