Отправиться в один из эмиратов в качестве посла сэру Рандолфу предложил премьер-министр. И теперь пресса гадала, почему выбор пал именно на сэра Рандолфа. Большинство утренних газет были заполнены статьями о нем, о его бизнесе, о его финансовом положении. В одной или двух появились фотографии Лесли.

Некая более серьезная газета поместила относительно подробную статью с биографией сэра Рандолфа. Статья хвалебная, автор пел дифирамбы его безукоризненной репутации, честности в ведении дел, верности интересам страны, подчеркивались его хорошие манеры и огромный опыт бизнесмена.

Несколько строк было посвящено и Лесли О'Коннор, где отмечалось, что в связи с особым характером миссии ее отца ей придется трудно в ближайшие несколько лет: Аджман — страна ортодоксального ислама и женщина там лишена каких бы то ни было прав. Строгая восточная мораль предписывает иные формы поведения, резко отличные от тех, к которым привыкли на Западе. И дочь посла, типичная западная женщина, лицо страны, которую она представляет, должна будет либо играть по местным правилам, либо оставаться дома.

Обо всем об этом сэр Рандолф и переговорил с Лесли, разбирая утреннюю почту.

— Конечно, Министерство не настаивает, но мне дали понять, что было бы лучше, если бы ты отправилась со мной, как того требует протокол. И мне спокойней.

— Конечно, папа, я с тобой хоть на край света.

— Да, но… Мусульманские мужчины, детка, не слишком хорошо относятся к европейским женщинам. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я говорю. Ты должна будешь вести себя безупречно. Для тебя жизнь в Аджмане будет сравнима с жизнью в настоящем суровом монастыре. Это тебе не экскурсия в уик-энд. Хорошенько подумай об этом.

— Я не в первом классе, папочка, и достаточно осведомлена об исламе. Ты же знаешь мой характер, неужели ты мог подумать, что я подведу тебя?

— Я совершенно в тебе уверен. Но ты должна быть готова и к тому, что, если последуешь за мной, правительство Аджмана найдет людей, которые будут тщательно копаться в наших биографиях.