Он стоял к ней боком у старого стола, держа в одной руке бутылку, в другой – стакан. Кроме стола, в комнате были лишь диван и кресло.

Но Дору больше заинтересовал высокий, атлетически сложенный мужчина, заглатывающий виски.

Темно-синий с закатанными до локтей рукавами свитер – никаких татуировок! – заношенные джинсы, выцветшие на самых интересных местах. Волосы цвета созревающей пшеницы, слегка взъерошенные и небрежно падающие на воротник.

В резком контрасте с одеждой на запястье – настоящий золотой «Ролекс»… или уж очень хорошая подделка.

Хотя наблюдение заняло не больше пары секунд, у Доры возникла уверенность, что ее жилец празднует не новоселье. Она видела лишь профиль, но высокие скулы и щетина, почти полностью скрывавшая лицо, не могли скрыть его мрачность.

Не успела Дора издать ни звука, как мужчина резко обернулся и пронзил ее взглядом, жестким, непроницаемым и потрясающе синим. Она с трудом подавила инстинктивное желание отшатнуться.

– Ваша дверь была открыта, – сказала Дора таким извиняющимся тоном, что тут же разозлилась на себя. В конце концов, она стоит в собственном коридоре!

– Да.

Джед поставил бутылку на стол и со стаканом в руке подошел, проводя на ходу собственное исследование. Ее фигурка была почти скрыта картонной коробкой. Хорошенькое овальное личико, слегка заостренное к подбородку, старомодно белая кожа и розовые щечки, пухлые губы, не тронутые помадой и чуть изогнутые в улыбке, большие карие глаза, горящие дружелюбным любопытством, волна темных, с золотистым отливом волос.

Девушка нарушила затянувшееся молчание:

– Я Дора. Из квартиры напротив. Помощь нужна?

– Нет.

Джед отпихнул ногой коробку и захлопнул дверь перед ее носом.

У Доры отвисла челюсть, что она не сразу заметила, а заметив, решительно закрыла рот.