Но сердце не обманешь. Она все еще тосковала по нему.

Все время, пока журналисты говорили, Джек спокойно слушал их, лишь изредка задавая вопросы. Выяснив все, что его интересовало, он поднялся из-за стола.

— Ну что ж, спасибо, — сказал он. — Думаю, что теперь мне все понятно.

Журналисты посмотрели на Кейти, ожидая от нее подсказки, что делать дальше.

— Спасибо всем, — повторила им она.

Когда они ушли из ее кабинета, было почти четыре часа. Как только Кейти закрыла за ними дверь, зазвонил телефон Джека. Быстро закончив разговор, Джек разочарованно произнес:

— Похоже, у меня больше времени, чем я думал. Это был Грег, мой пилот. Олбани закрыт для взлета и посадки.

В дверь заглянула Марселла.

— Если не возражаете, шеф, я пойду.

— Да, конечно, — ответила ей Кейти.

Марселла посмотрела на Джека.

— Обычно я ухожу в восемь или девять вечера, как и все мы. Мы много работаем, не сомневайся. Просто погода на улице ужасная, а мне еще детей из сада забирать и...

— Счастливо, Марселла, — сказал он.

— Пока. — Тайком от Джека она одними губами добавила: «Красавчик» и подмигнула подруге.

Кейти закрыла за ней дверь. Потом она глубоко вздохнула и предложила:

— Поговорим честно? Мы получим деньги?

Джек встал, его лицо стало жестким.

— Я постараюсь сделать для тебя все, что могу, Кейти. Но пока ничего обещать я не буду.

Кейти кивнула, не решаясь сказать что-либо.

— Пойдем, — произнес Джек, — я отвезу тебя домой. Даже ты не можешь ехать на велике по таким сугробам.

Они молча надели пальто и вышли из редакции. Кейти подумала, что если бы все решал он один, то обязательно вложил бы в нее деньги. Но все не так просто. Джеку надо будет убедить совет директоров, а это не легко.