– А мне и не надо набирать пятьдесят процентов; хватит просто пристойного результата.

Костолиц вздернул бровь.

– Интересно, чью задницу тебе приходится лизать за такой блат? Грегора Форбарры?

В его голосе проскальзывали нотки зарождающейся классовой зависти. Майлз стиснул челюсти. Только бы разговор не зашел про родителей...

– Так как же ты собираешься поступить, если не пройдешь? – прищурившись, продолжал допытываться Костолиц. Ноздри у него раздувались: чует запах привилегий, словно зверь – запах крови. Обычное дело в политике, напомнил себе Майлз. Политика, как и война, – это у тебя наследственное.

– Я подал прошение, – терпеливо объяснил он, – чтобы мне вывели средний балл, а не рассматривали все предметы по отдельности. Надеюсь, отметки за письменные компенсируют завал на физподготовке.

– Вот как! Черт, тогда там тебе нужна почти идеальная оценка!

– Вот именно, – огрызнулся Майлз.

– Косиган, Костолиц, – выкликнул их имена очередной военный инструктор. Они двинулись к старту.

– Ты мне создаешь кое-какие проблемы, – недовольно заметил Костолиц.

– Почему? Тебя это никаким боком не задевает. И вообще не твое дело, – подытожил Майлз.

– Мы бежим в паре, чтобы задавать друг другу темп. Ну и как я смогу по тебе равняться?

– О-о, ты же не обязан гнаться за мной, – промурлыкал Майлз.

Раздосадованный Костолиц нахмурился.

Их поставили на черту. Майлз оглядел парадный плац – вдалеке стояла кучка ждущих и наблюдающих людей: несколько имеющих отношение к экзамену военных и слуги немногих проходящих сегодня экзамены графских сыновей. В том числе пара сурового вида типов в сине-золотых цветах Форпатрилов; должно быть, кузен Айвен где-то поблизости.

А вон и Ботари в коричневой с серебром ливрее Форкосиганов – высокий, словно башня, и тощий, как лезвие ножа. Майлз вздернул подбородок в едва заметном приветствии. Ботари уловил его жест на расстоянии ста метров; до этого он стоял по команде "вольно", а тут вытянул руки по швам.