— Но мне он вовсе не показался человеком, который бежит от проблем. Кстати… — Макси шутливо толкнула Майкла локтем в бок. — Откуда ты черпаешь сведения о том, как ведут себя опытные мужчины?

Майкл расхохотался.

— Но я ведь тоже не мальчик, — весело сказал он и затем добавил с гордостью: — Если ты забыла, напоминаю: мне уже двадцать семь.

Вот что ей так нравилось в Майкле — с ним никогда не нужно было взвешивать слова и тщательно продумывать, что же сказать. Можно было от всего сердца говорить разную чепуху, которая лезла в голову. Он был таким милым, что никогда не обижался и не сердился на нее. Более душевные отношения, чем их с Майклом, было трудно представить.

Майкл был во всем полной противоположностью ее бывшему мужу. И это было лучшим качеством Майкла.

Неожиданно Макси вспомнила, как совсем недавно отреагировала на легкое прикосновение пальцев Ола. До этого момента ей казалось, что она уже давно переболела Олом Сазерлендом, но, видимо, это была не вся правда. Нужно быть честной хотя бы перед собой. В той гамме чувств, которые она питала к Олу, явно присутствовали не только ненависть и отвращение… В ее душе, возможно, еще сохранилась какая-то эмоциональная зависимость от него.

— Да что с тобой сегодня, Макси? Ты опять хмуришься! Я ведь просто пошутил! — испуганно воскликнул Майкл. Он приписал неожиданную смену настроения Макси каким-то своим словам. — Я, конечно, не невинный агнец, но к опытным бонвиванам меня тоже не отнесешь, так что успокойся. Я так занят своей карьерой, что у меня просто не остается времени для волокитства.

Макси поспешила сменить тему.

— Ты, правда, не возражаешь против того, что мы назначили свадьбу на Пасху? — озабоченно спросила она, прекрасно понимая, что Майкл просто согласился с ее решением, когда она его приняла. Но у него на этот счет могло быть и свое мнение, которое он имел право высказать.