— Ладно, не будем об этом… Ты лучше скажи мне, почему у бабушки вдруг возникло впечатление, что мы с тобой… что мы опять друзья. — Макси поторопилась вернуться к теме их разговора.

— Друзья… — презрительно хмыкнул он. — Разве мы были с тобой друзьями?

Макси вздрогнула всем телом, как будто ее ударили, злясь на себя саму за то, что опять позволила Олу обидеть себя.

Но когда-то они и вправду были друзьями… Восьмилетняя Макси повсюду следовала за Олом, словно преданная собачка, как только он появлялся в доме. Ее чувства к нему нисколько не изменились даже тогда, когда она вступила в пору отрочества. А Ол, в свою очередь, всегда был добр к ней, внимателен… Куда же это все подевалось потом?

— Может быть, ты и прав, — холодно произнесла она и попросила: — Расскажи мне о бабушке.

Ол тяжело вздохнул.

— Я ведь тебе уже говорил, что у нее был тяжелый сердечный приступ три недели назад. Если ты пораскинешь мозгами, ты и сама сообразишь, что еще произошло как раз в это время.

Глаза Макси недоверчиво округлились. Неужели он намекает на объявление об их с Майклом помолвке, которое появилось в местной газете? Не слишком ли далеко он заходит в своих намеках?

— Ты думаешь, что…

— Я не думаю! Я точно знаю! — прошипел Ол. — Когда Макс, как всегда, в полдень поднялся к Эвелине выпить чашечку кофе, он обнаружил ее лежащей без сознания в своем любимом кресле. Позже, после того как приехал семейный врач и Эвелину срочно забрали в клинику, мы с ним нашли на ее столе ту злополучную газету, раскрытую именно на странице частных объявлений.

Макси не могла вымолвить ни слова. Неужели он говорит это всерьез? Неужто и дедушка считает, что именно она является причиной болезни Эвелины? Но что же ей делать? Она любит Майкла и хочет выйти за него замуж…

Внезапно неясное прежде подозрение оформилось в страшную догадку, в которую она не осмеливалась поверить.

— Что там бабушка говорила о нашей дружной семье? — потребовала объяснения она.