– Слушай, я пытаюсь медитировать! Дай мне передышку. А лучше помоги.

– Я тебе помогаю, – ответил он, – я отвлекаюсь, чтобы не отвлекать тебя.

Я уставилась на него. Это не имело абсолютно никакого эффекта. Потом он вдохнул, чуть наклонил газету и серьезно посмотрел на меня поверх страниц.

– Ну, хорошо. Что бы ты хотела, чтобы я сделал?

– Я не знаю! Что-нибудь!

– Я не могу концентрироваться за тебя, Джоанн.

– Ну да, но ты можешь… поддержать меня.

Он свернул «Нью-Йорк Таймс» и отложил ее на столик.

– О, я хотел бы поддержать тебя, но боюсь, что это не поможет тебе сосредоточиться. Исключая…

– Что? – спросила я. Он перекатился в сторону и потянулся ко мне. Потом провел кончиком пальца по линии моего плеча и ниже по руке. Маленькое землетрясение вдобавок к основной сейсмической активности внутри меня…

– Ладно. Не важно. – Это все, что я сейчас могла сказать. Он не хотел отвлечь меня, он действительно пытался отвлечь себя. От меня.

– Медитируй примерно полчаса, а потом я скажу тебе, что дальше…

Я внимательно разглядывала небольшой участок его кожи. Его палец был трогателен.

– Полчаса?

– Полчаса.

– Хорошо, я сделаю это.

Явная бравада, но теперь у меня была мотивация. Я хлопнулась обратно на подушку, закрыла глаза и тщательно сконцентрировалась, представляя океан… сине-голубые волны, перекатывающиеся от самого горизонта… бьющиеся о скалы, рассыпающиеся брызгами на берегу… шепот тумана холодком по коже… прекрасный, нескончаемый ковер белого песка на берегу, блестевший в солнечном свете.

Я только-только почувствовала, что у меня действительно начинает что-то получаться – отключиться от мыслей о том, что Дэвид лежит рядом – как он развеял это ощущение, снова заговорив.

– Джоанн, хватит парить в облаках.

Я открыла глаза и обнаружила, что смотрю на потолок гостиничной комнаты. Лунный ландшафт, созданный с помощью белой шпаклевки, перемежаемый невесомыми скульптурами из пыли в двух дюймах от моего носа.