— Как ваше колено? — прогоняя наваждение, спросила Дебора.

— Получше, — небрежно отвечал Мартин, отдавая бутылку.

— Если хотите, можете на меня опереться, — нерешительно предложила она.

— Благодарю, я справлюсь.

Лицо Мартина снова приняло мрачный вид. Тщетно пытаясь понять причину такой внезапной метаморфозы, Дебора робко спросила:

— И много здесь орлов?

— Когда-то их было немало. Потом, конечно, этих птиц перевели, но сейчас их популяция постепенно восстанавливается.

— Я впервые вижу живого орла. Спасибо, что обратили мое внимание.

Стараясь идти медленнее и выбирая кратчайший путь, они зашагали в сторону дороги и десять минут спустя вышли на покрытое гудроном шоссе.

— В этих местах, наверное, изумительные закаты, — произнесла Дебора, пытаясь как-то разрядить возникшую неловкость.

— Вам совершенно необязательно вести себя как светская дама, — пробурчал Мартин. — Где ваш рюкзак?

— Я оставила его в кустах, — покраснев от смущения, ответила Дебора. — Сейчас я схожу за ним.

Вскоре она вернулась с рюкзаком за плечами, и, сев в машину, они отправились в путь. По дороге Дебора, как обещала, научила Мартина нескольким отборным немецким и датским ругательствам. Потом рассказала ему о том, что занимается письменными переводами и заключила несколько контрактов с крупными межнациональными корпорациями.

Она говорила и говорила до тех пор, пока впереди не показались маленькие домики поселка. Только тут Дебора спохватилась, что, рассказав так много о себе, она ничего не знает о своем спутнике, кроме того, что он на лету схватывает новые ругательства и что он весьма терпеливый слушатель.