Так он и сидел на краю ванны, не зная, что предпринять в данной ситуации.

Вода между тем медленно остывала.

Наконец очнувшись от этого наваждения, Игорь расстелил на диване просторное пляжное полотенце. Вернулся к девушке. Снова опустил руки в ванну, намочив рукава рубашки. Осторожно обхватил ее тело. Аккуратно поднял. Перенес ее в комнату. Уложил на диван. Девушка сразу же свернулась напряженным калачиком, словно пыталась спрятаться от кого-то, защититься. Он, как мог, обтер ее тело. Попытался ее распрямить. Она застонала. Тогда он суетливо уложил ее поудобнее, предварительно вытащив мокрое полотенце, заботливо укрыл пуховым одеялом.

Вдруг девушка открыла глаза — красивые, устало печальные и снова до боли знакомые.

— Вам уже лучше? — растерявшись, почему-то шепотом спросил он.

Девушка молчала.

— Отогрелись?

Без ответа.

— Вам плохо?

Но незнакомка ничего не отвечала, напряженно, не моргая, с какой-то внутренней болью, мольбой и затаенным ужасом глядя на Игоря.

Может, сводить ее в кафе? — подумал он. — Посидеть за рюмкой глинтвейна, поболтать… Он представил ее заблестевшие от алкоголя глаза и решительно помотал головой. Нет, она ведь так слаба, а ты думаешь только о себе.

Игорь поплотнее подоткнул теплое одеяло.

— Я сейчас, — зачем-то сказал он ей, вставая. — Я скоро.

Зашел на кухню. Торопливо приготовил чай с малиной. Вернулся. Но девушка уже снова спала.

Постояв в нерешительности у дивана, он выключил свет в комнате, стараясь как можно тише щелкнуть выключателем.

На цыпочках подошел к своему столу, осторожно взял немного чистых листов и ручку, на цыпочках отнес все это на кухню, освободив кухонный стол от кастрюлек, чашек и прочей утвари. Завтра ведь надо сдать работу.

Снова осторожно заглянул в комнату — девушка, наконец-то свободно распрямившись, мирно спала.