Мужчина неторопливо пылесосил ковер. Женщина, стоя на стремянке, протирала развешенные на стенах портреты и стеклянные светильники.

Радуясь этой встрече, Игорь поспешно подошел к трудолюбивой парочке.

— Извините за беспокойство… — торопливо начал он.

Парочка одновременно обернулась, и Игорь вдруг замер на полуслове, поперхнувшись. Слова застряли в горле. У его невольных собеседников лица были как лица, вот только их цвет был больно уж непривычный — мертвенно-сине-бледный. И взгляд такой, что можно остаться заикой.

— Вы не видели здесь девушку в голубом платье? — упавшим голосом все-таки закончил свою фразу Игорь.

Бомжи, что ли, здесь обитают? — подумал он, непроизвольно поежившись.

Мужчина и женщина молчали, странно таращась на него. И Игорю вдруг стало жутковато от этих бессмысленных выпученных глаз, имеющих к тому же ярко выраженный красноватый отлив.

— Извините еще раз, — быстро проговорил он, торопливо проходя мимо и огибая вполне новенький электрический пылесос. Мужчина посторонился.

Поспешно удаляясь, Игорь спиной чувствовал устремленные ему в спину взгляды, от которых по спине энергично бегали мурашки. И, увидев уходящий вправо узкий коридорчик, он с огромным облегчением юркнул в него.

Здесь был тупичок. А на единственной двери красовалась табличка с надписью — 'Туалет'. Без какого-либо дополнения — мужской это или женский.

И ему тут же нестерпимо захотелось внутрь.

Дверь была не заперта.

Белый кафель, довольно чисто. У умывальника, низко наклонившись, стояла какая-то личность в рабочей спецовке и мятой кепке, энергично умывалась, постоянно отплевываясь.