– Ничего страшного, детка, я все уладила, – торопливо проговорила Оливия, внутренне обомлев от недетской проницательности и невероятной чувствительности дочери. Теперь ей стало окончательно ясно, что она унаследовала ее дар. Но, будучи всего-навсего восьмилетней девочкой, Анна еще не понимала этого. – Через два дня папа уедет в Лондон, – сказала Оливия. – Нам с тобой не о чем волноваться. Когда он уедет, мы снова будем устраивать пикники на берегу озера каждый день! Будем вместе читать книги, собирать ягоды и цветы… Мы будем снова свободны!

Анна молчала.

– Что с тобой, детка? – встревожилась Оливия.

– Что, если он узнает? – тихо произнесла девочка.

Оливия напряглась всем телом.

– Он никогда не должен узнать об этом, Анна, и не узнает, если мы с тобой будем осторожны. Обещай мне, что всегда будешь очень осторожна в его присутствии!

– Обещаю, – сонно кивнула Анна, укладываясь на подушки.

Но Оливия никак не могла успокоиться. Неизвестно, как отреагирует Арлен, узнав, что и его дочь, как и ее мать, обладает проклятым даром ясновидения.

Среди ночи Оливия вдруг проснулась, словно ее окликнули. Ей послышался чей-то тихий горестный плач… Неужели ей приснилось? Нет, теперь она наверняка могла сказать, что слышит жалобный женский плач. Оливия медленно села в постели. В ее спальне царила кромешная тьма, потому что перед сном она погасила все свечи, не оставив даже ночника. Оливия знала, что услышать плач из гостевых комнат, расположенных в другом конце коридора, было совершенно невозможно. Тогда кто же плакал в доме? Или ей все это только приснилось?

Похолодев от дурных предчувствий, она откинула в сторону одеяла и замерла, прислушиваясь. В ее ушах снова раздался тихий жалобный плач… Теперь Оливия узнала этот голос. Это плакала… Сьюзен! В этом не было никаких сомнений!

Оливия поспешно зажгла свечу и накинула на себя легкий батистовый пеньюар. Страх неотвратимо надвигающейся беды, терзавший ее с самого утра, охватил ее с новой силой. Сконцентрировавшись на своих ощущениях, она вдруг отчетливо осознала, что где-то совсем рядом ходит… смерть!