– Наглец! – негромко воскликнула Марианна. – Как он смеет въезжать в мой дом, как будто он всегда принадлежал ему?!

Одна из телег начала объезжать сад, направляясь к задней стене дома. Через минуту она окажется позади них и отрежет путь к отступлению.

– Вот чего ты добилась! Нам надо было ускользнуть, пока это было возможно, – прошипела Тамара.

Неожиданно незнакомец пустил коня галопом и подъехал к этой телеге. Возница остановился в нескольких футах от края сада.

– Что случилось с псарней? – резко выкрикнул незнакомец, указывая рукой на сад.

Марианна ахнула, и Тамара рукой зажала ей рот.

Псарня.

Марианна припомнила обветшалое серое строение, предназначенное для охотничьих собак, стоявшее на месте этого сада, когда ее родители купили Фолкем-Хаус.

– Они снесли псарню, милорд, – ответил возница.

Марианна узнала голос, принадлежавший человеку, который когда-то был у него конюхом.

– Кто снес? Тирл? Этот мерзавец…

– Нет, милорд. Те, что купили у него дом. Уинчилси. Сэр Генри сказал, что ему не нужна псарня, и захотел разбить на этом месте сад. – Возница медленно обвел взглядом сад. – Конечно, сад раньше был намного красивее.

Всадник оглядел заросшие сорняками дорожки и густо разросшиеся ветки живой изгороди.

– Его сад не слишком процветал в его отсутствие, не так ли? – небрежно заметил всадник. – Но это вполне справедливо, поскольку он украл у меня имение, а затем имел наглость изменить его.

Марианна вся подалась вперед, чтобы лучше слышать всадника.

– Прошу прощения, милорд, – сказал возница, – но разве вы не знаете, что это лорд… я хочу сказать «сэр» Питни, продал дом сэру Генри? Его надо обвинять, если вам хочется кого-то обвинить.

Марианне удалось разглядеть лицо незнакомца. Оно выражало такую ненависть, что девушка невольно содрогнулась.

– Я знаю, кто продал мой дом и кому продал, – отрезал всадник. – Это не извиняет Уинчилси за то, что он купил дом, которым не имел права владеть.