– Ну, вы ее нашли, милочка. Это я Рози. Чем могу служить, мисс?

Эмма почувствовала, как спало напряжение, сковывавшее ее. Она обнаружила, что сама непроизвольно улыбается в ответ сияющей Рози.

– Блэки О'Нил – мой друг. Он сказал, что у вас можно оставить письмо для него. Передайте его скорее ему или его дяде Пэту.

„Эге-ге! – подумала Рози, пряча понимающий взгляд, – Значит, Блэки опять продолжает эти штучки с девушками. Каков! Ну конечно, он знает, как их подцепить, – заметила про себя Рози. – Эта – настоящая красавица”. Рози опустила тряпку со стаканом на стойку и сказала:

– Да, милочка, я могу передать письмо Блэки. Только вот беда: вам от этого никакого толку. Видите ли, его нет в Лидсе. Он уехал вчера. Вы чуть-чуть опоздали. Да, он уехал в Ливерпуль, а дальше пароходом в Ирландию. Что-то вроде навестить старого священника, тот плох, возможно, при смерти, так сказал мне Блэки перед отъездом.

– О Господи, – выдохнула Эмма, и огорчение так явно отразилось на ее лице, что Рози не могла этого не заметить.

Величественная, как Юнона, барменша положила пухлую кисть с толстыми пальцами на руку Эммы.

– Вы в порядке, милочка? Я вижу, вы очень бледны. Как насчет стаканчика бренди, рому или настойки, быть может? Вы знаете, это взбодрит.

Эмма затрясла головой, пытаясь унять вспыхнувшее в душе беспокойство.

– Нет, спасибо, мисс Рози. Я не пью спиртного, – пробормотала она.

Возможность не застать Блэки никогда не приходила ей в голову. Она была так потрясена, что с трудом могла говорить.

– Тогда, может, стаканчик чудного лимонада? – продолжала Рози, участливо глядя на Эмму. – Он освежает, вы кажетесь мне такой утомленной.

Не дожидаясь ответа, Рози откупорила бутылку лимонада и наполнила стакан. Эмме не хотелось тратить деньги на лимонад. Ей был дорог каждый пенни; все же она не желала обидеть отказом Рози, которая была столь добра и дружелюбна.