— Мм… да, — промычал он. — И так можно сказать…

— Тогда я с тобой поговорю. — Она схватила его за локоть. — Моего Билла… убили!

— Почему вы считаете, что вашего сына убили? — быстро спросил Эллери.

Мама Росси сложила на пухлом животе натруженные руки, тяжело села.

— Билл все время говорил: «Обожди, ма. Только чуточку обожди. У меня скоро будет куча денег. Больше тебе не придется готовить спагетти!» Без конца твердил про деньги, которые вот-вот получит. Не получит, только если умрет. — Она безмолвно развела руками, переводя взгляд с Эллери на Никки. — И вот умер. Его убили, чтобы он денег не получил.

Эллери вытащил из портсигара сигарету.

— Понятно, — кивнул он, прикуривая. — А откуда ваш сын должен был получить деньги? Он об этом вам никогда не рассказывал?

— Говорил, что из клуба.

— Из клуба?! — воскликнула Никки. — Эллери, неужели…

— Из клуба «Шестьдесят шесть»? — уточнил он. — Да?

Маленькая итальянка удивленно на него взглянула:

— Нет. Из какого-то ненормального клуба — Джо Салливан в нем тоже состоит.

— И некий Эрни Филлипс?

— Да, и Филлипс, — встрепенулась мама Росси. — И по-моему, еще один богач… — она помолчала, протирая костяшками пальцев глаза, стараясь припомнить фамилию, — Фрейзер. Точно, Фрейзер! И женщина… Люсиль Черри. Она… Как это называется?.. — Мама Росси отчаянно замахала руками, подыскивая слова. — Рисует женскую одежду…

— Должно быть, модельер, — подсказана Никки. — Есть такая Люсиль Черри на Мэдисон-авеню, разрабатывает модели женской одежды.

Эллери возбужденно пыхтел сигаретой.

— Интересно, Никки, упомянутый богач, случайно, не Дэвид У. Фрейзер, миллионер, возглавляющий химическую корпорацию?

— Он, он! — воскликнула мама Росси, подавшись вперед и хлопнув Эллери по колену. — Этот клуб каждый год у меня собирается. Всего один раз в год.