За долгие годы она привыкла по движению глаз определять, что творится на ее территории. Доктор нервничал, а она ничем не могла ему помочь. До того как привезли этого мальчишку, он был собран и даже весел. Две первые операции прошли под обычные довольно циничные замечания, к которым она тоже за много лет привыкла. Керри знала, что это единственный способ защитить себя и отгородиться хотя бы призрачно от боли, грязи и крови, которую они видели не только в этой стране, но и на любом другом континенте, где звучали выстрелы и взрывались противотанковые мины. Они спасали всех, кто мог дойти до госпиталя или кого привозили сюда с места боевых действий. Часто на соседних столах лежали те, кто несколько часов назад стрелял друг в друга. Но они не думали об этом, а резали, чистили раны, сшивали разорванные сосуды, пилили кости… Керри ни разу в жизни не пожалела, что выбрала этот путь. Если ты не можешь изменить мир, то попытайся помочь хотя бы кому-то…

Она еще раз взглянула на доктора: серые глаза сейчас были стальными и казались почти белыми, большой чистый лоб морщился, губы сжались в одну тонкую линию. Керри не могла видеть его лица под маской, но знала, что это именно так: когда он сильно нервничал, то рот его превращался в нитку, а когда шутил или был расслаблен, то его губы были очень даже ничего: нежные и даже чувственные.

Керри автоматически подавала инструменты, ни на минуту не задумываясь, что она делает. Движения были механическими, заученными, точными. Иногда ей казалось, что она даже во сне сможет работать в операционной. Работа давала ей то, чего лишена была ее обыденная жизнь. Страх, надежда, отчаяние, любовь… И каждый раз рождение новой жизни. И именно она была отчасти матерью нового человека, потому что ее руки привыкли совершать этот ритуал. Еще девочкой Керри запретила себе любые чувства, потому что в один день потеряла всех, кого любила она и кто любил ее. Выбор профессии медсестры был абсолютно умственным: она поклялась себе спасти хотя бы одну жизнь, если ей не удалось спасти свою семью. С годами она поняла, что Господь специально подтолкнул ее в спину, лишив всего, что она имела. Здесь в операционной она была на своем месте.