— Нравятся, — поспешила уверить бабушку Джун. — Только мне не хочется слушать о том, как очередная глянцевая красотка будет жаловаться на то, что ей в номер принесли недостаточно холодное шампанское и теплых устриц…

— Милано снимает фильм в маленьком городке. Подозреваю, с шампанским и устрицами там будет туговато… — резонно заметила Пентилия.

— Угу, — кивнула Джун, укладывая поверх пакета с сандвичами еще один — с овсяным печеньем.

— Неужели тебе совсем не интересно? — покосилась на внучку Пентилия.

— Угу, — буркнула Джун.

Пожилая дама отложила в сторонку журнал и вздохнула.

— Чего бы я только не отдала, чтобы сняться в его комедии…

— И душу дьяволу?

— И душу… — Пентилия осеклась и возмущенно покосилась на внучку. — Джун, ну что ты мелешь?

— Я шучу, ба… — Джун застегнула молнию на рюкзаке и ласково посмотрела на бабушку.

До чего же она забавная, ей-богу… Сняться в комедии — да Джун такое и в голову бы не пришло!

— Ну и где же Ким? — Джун обеспокоенно покосилась на часы. — Опаздывает уже на двадцать минут…

Лицо миссис Петти омрачилось. Она недолюбливала Кима Доджеса и даже не пыталась скрыть свою неприязнь. Пентилия Лиллард была ужасно забавной. Но только не тогда, когда речь шла о парне ее внучки.

— В один прекрасный день он вообще не придет, — заявила она Джун.

— Это еще почему? — нахмурилась Джун.

— Будто ты не знаешь про его делишки с угнанными машинами…

— Не знаю и знать не хочу, — отрезала Джун, а потом добавила, уже мягче. — Все это — сплетни болтушек из нашего квартала. Не понимаю, как женщина, которая печет такое замечательное овсяное печенье и смотрит фильмы Шона Милано, может им верить?

Пентилия была польщена, но сдаваться не собиралась:

— Джун, не будь наивной. Он подарил тебе кольцо, на которое не заработаешь починкой дешевых авто. Он говорил тебе, сколько за него выложил?