На этот раз Джекки сообщила, что ей просто необходимо увидеться с ним сегодня же. Шон терпеливо объяснил, что не может, потому что вечером едет в гости к своей невесте. Упоминание имени Селины Бельски вовсе не подействовало на Джекки отрезвляюще, напротив, она взбесилась так, словно все еще имела на Шона какие-то права.

Наконец Милано не выдержал и бросил трубку. Неугомонная Джекки продолжала трезвонить, поэтому Шону пришлось выключить звук на мобильном. Поговорив с Эмметом, он рассовал телефоны по карманам и попытался закончить завтрак. Но аппетит, и без того не слишком хороший, окончательно улетучился.

Шон отодвинул тарелку с овсянкой и, поймав недовольный взгляд Грэйс, поинтересовался:

— Теперь что не так?

— Это я у вас хотела бы спросить, — не растерялась Грэйс. — Вы ничегошеньки не съели. Если так и дальше продолжится, от вас останутся одни кости.

— Ты покормила Твинсона?

— Естественно. Аппетит у вашего хорька куда лучше, чем ваш собственный. Он смолотил тарелку каши, а потом так на меня выпялился, что я решила убраться подобру-поздорову, пока он меня не слопал. Эта зверюга лопает так, что скоро превратится в медвежонка…

— Только не перекармливай его — ему это на пользу не пойдет…

— Мистер Милано, не учите пожилую женщину прописным истинам…

— Господи, Грэйс, почему я тебя до сих пор не уволил?

В кармане Шона завибрировал домашний сотовый. Шон вытащил телефон и недовольно покосился на экран. К счастью, это была не Джекки. Звонила мама. Впрочем, маму от Джекки отличало только то, что, в отличие от бывшей Шона, мама звонила, чтобы поинтересоваться состоянием сына, а не пожаловаться на свои проблемы. Впрочем, обе женщины требовали к себе слишком много внимания. И Шона это изрядно утомляло…