– А сам мистер Ядзински будет? – спросил Кит, назвав помощника президента по фамилии, хотя и знал, что в коридорах власти официального Вашингтона высших государственных чиновников принято называть по их должностям: «господин президент», «господин министр обороны» и так далее, как если бы эти люди уже успели перейти из простых смертных в ранг богов. «Господин бог войны немного задерживается». Правда, тех, кто занимает самые низшие ступени официальной служебной иерархии, тоже принято упоминать в разговорах только по должности – например, «господин уборщик», «господин привратник».

– Господин помощник по национальной безопасности подойдет, если сможет, – ответил Тед Стэнсфилд.

– Они что, все немного задерживаются?

– Насколько я понимаю, да. Могу я вам что-нибудь предложить?

– Нет, спасибо.

Они дожидались остальных, разговаривая, как это принято в подобных случаях, о пустяках и не касаясь ничего серьезного, чтобы не пришлось потом, когда подойдет кто-нибудь из руководства, вдаваться в неудобные объяснения: «Перед самым вашим приходом, сэр, мы с мистером Лондри обсуждали проблему… и он мне сказал…»

– Как вам ваше краткое пребывание на пенсии, понравилось? – спросил Стэнсфилд.

Чтобы не осложнять еще больше и без того непростое положение Чарли, Кит решил оставить без внимания тот факт, что вопрос был задан в прошедшем времени, и просто ответил:

– Понравилось.

– Где отдыхали?

– В том городе, откуда я родом; разыскал там свою старую любовь.

– Вот как? – Стэнсфилд улыбнулся. – И что же, пламя былого чувства удалось разжечь вновь?

– Да, нам это удалось.

– Что ж, это очень интересно, Кит. И у вас есть какие-нибудь планы на будущее?

– Есть. Завтра я привожу ее в Вашингтон.

– Чудесно. А почему же вы не привезли ее прямо сегодня?