Самое страшное — это унижение. Он не вынесет. Даже мысль об этом лишает его сил и способности рассуждать здраво. И тогда он сделал то, чему научился, пока просиживал долгие часы в больнице. Нина была тогда в критическом состоянии, и в сознании его сменялись мысли и картины одна страшнее другой. И он научился блокировать эти образы. Просто запретил себе видеть их. Трюк удался и теперь. Мрачные картины не рисовались больше его воображению, и мужчина смог прийти в себя.

Весь выходной он провел дома. Сидел у телевизора, смотрел все выпуски новостей и ждал, когда же диктор сообщит об убийстве. Но никто ничего не говорил, и ко вторнику он практически успокоился и решил, что для генеральной репетиции все прошло не так уж плохо.

Для оправдания царапин он сочинил незамысловатую сказочку: от дождя земля в саду размокла, он поскользнулся и упал в колючие кусты.

Начальник отдела, засранец каких мало, зазвал его к себе в кабинет в среду вечером и принялся нахваливать. Мол, все коллеги в один голос утверждают, что за последние три дня он просто горы свернул. К.тому же люди отметили, что, против обыкновения, он стал намного бодрее и жизнерадостнее. Кто-то даже божился, что не далее как вчера слышал от него анекдот. Так вот, босс выражает сотруднику благодарность и искренне надеется, что и дальше он будет продолжать в том же духе. Мужчина был уже на пороге, когда начальник полюбопытствовал, что именно вызвало в нем такие чудесные перемены.

— Весна, — ответил он. — Вот решил не обращать внимания на плохую погоду и занялся перепланировкой двора. Поработал на славу, хотя к посадкам еще не приступал. Но выкорчевал старые кусты и освободил место для новых. Теперь вот раздумываю, может, еще беседку соорудить?

— Вы уж там поосторожнее со старыми кустами, — заботливо сказал засранец. — Не дай Бог опять оцарапаетесь. Вам сильно повезло, что раны не воспалились, а то так и до столбняка недалеко.