Сэм открыл массивную, обшитую досками дверь, и Молли проследовала за ним в просторную гостиную.

От каменного пола до бревенчатого потолка это было обиталище мужчины. Широкие коридоры по обеим сторонам гостиной вели в другие комнаты, а внушительная лестница указывала путь наверх. Даже запах стоял в доме мужской — какой-то лесной, чем-то напоминающий запах дымящейся сосны. От Сэма пахло точно так же, она заметила это по дороге к ранчо.

Молли позволила Сэму повести себя под руку. Боль в скуле почти исчезла, но шишка на голове все еще жутко болела, и хотя она и была довольна тем волнением, которое вызвала ее маленькая выходка со стрельбой, Молли начала сомневаться в разумности затеянного ею. Она не ожидала, что Сэм окажется столь рассудительным, каким он проявил себя с самого начала столкновения. Едва ли он соответствовал той характеристике Бренниганов, которую давал этому семейству ее отец.

Сэм указал ей на огромную обитую кожей кушетку, стоявшую перед большим каменным камином. Она села, чувствуя легкий благоговейный трепет перед размерами комнаты и мебели. Впрочем, все, что касалось Бренниганов пугало или же бесило ее вот уже много лет.

Сэм помог ей устроиться на кушетке, снял с нее сапоги и затем укрыл Молли шерстяным навайским одеялом.

— Ли Чин! — позвал Сэм, и через несколько секунд, громко стуча деревянными туфлями по полу, в комнату вошел китаец с волосами, заплетенными позади в косичку.

— Да, мистер Сэм?

— С нашей гостьей произошел неприятный случай. Пошли кого-нибудь за доктором Уэстоном. А пока что принеси мне влажное полотенце.

— Да, сэр!

Слегка согнувшись в поясе, китаец выскочил из комнаты и через несколько секунд вернулся с влажным полотенцем.

— Нам с мисс Джеймс нужно кое-что обсудить, Ли. Когда мы закончим, я дам тебе знать.