Лоррен надела бикини, подошла к зеркалу и с трудом узнала себя в отражении. В гостиной она столкнулась с матерью.

— Мам, он не очень открытый? В нем можно позагорать в саду?

— Конечно, дорогая. Не будь такой застенчивой и нерешительной. Ты прекрасно выглядишь, Лорри!

— Ты льстишь мне, — сказала Лоррен и обняла ее. — Но мне все равно приятно это слышать.

— Это не лесть, Лорри, это правда. И я говорю так не потому, что я твоя мать.

— Ладно. Кстати, ты тоже очень хорошо выглядишь. Куда-то идешь?

Берил ответила как-то расплывчато:

— Сама точно не знаю. Где-то будем бегать. Может, вернусь уже после пяти, хорошо, дорогая?

Лоррен сказала ей, чтобы она не волновалась и прекрасно провела время, и Берил ушла. В саду девушка раскинула на лужайке шотландский плед и растянулась на нем, спрятав лицо от солнца. Она даже задремала, но вдруг что-то нарушило ее покой. Ей показалось, что хлопнула дверь. Лоррен открыла глаза, подняла голову и огляделась. Тихо, в доме никого нет. Она решила, что это соседи закрыли окно. Лоррен взяла книгу и так увлеклась чтением, что не слышала приближающихся шагов, пока кто-то не остановился совсем рядом. Лоррен опустила книгу, села и изумленно посмотрела на Алана Дерби. Темные очки скрывали выражение его глаз.

— Я… я думала, что вы ушли, мистер Дерби… — выдавила она.

— Да, мисс Феррерс, я уходил. Но, как видите, уже вернулся.

Лоррен была в полном замешательстве. Алан отошел, поставил на лужайке стул и, сев лицом к солнцу, открыл книгу:

— Я посижу здесь, если вы не возражаете, мисс Феррерс? Ваша матушка разрешила мне бывать в саду.

— Не могу идти против ее воли, мистер Дерби, как бы мне этого ни хотелось. Вы ее гость, а не мой.

Он как ни в чем не бывало, снял пиджак и развязал галстук, устраиваясь для полуденного отдыха.