Организм обиделся на невнимание и подал тревожный знак. Элька испуганно прижала к урчащему животу сумку и сглотнула. Кефира не будет. Она его пролила.

– Извини, – спохватился Никита, – совсем забыл, что тебя нужно покормить!

Элька надула губы – разговаривает с ней, как с домашним питомцем. Сейчас побежит за «Чаппи» или «Педигри».

– Пойдем, поглядим, что там у меня в холодильнике, – предложил Никита и помог ей подняться с уютного дивана. – У помощницы сегодня выходной.

Холодильника в кухне-столовой Элька сразу не заметила. «Бирюса», занимающая треть ее маленькой кухни, здесь бы потерялась с концами. Она оглядывала столы-стойки с бытовой техникой, блестящие стены из непонятно чего, десяток-другой лампочек, установленных прямо в них, странный потолок, скорее всего, натяжной или что-то в этом роде…

– Яйца, – сказал Никита, открыв дверцу милого шкафчика, занимающего полстены. – Яичницу будешь? – Элька кивнула. – И немного мяса. Его можно пожарить. Умеешь? – Элька пожала плечами.

Это не музыкальная школа, в которую для того, чтобы стать умной, нужно было таскаться через день. Как жарить мясо, она знала от бабули. Та показала ей процесс приготовления отбивных один раз, и этого было вполне достаточно, чтобы Элька мастерски готовила это блюдо.

Она положила сумку на один из многочисленных столов-тумб, засучила рукава блузки и принялась возиться, потребовав молоток, соль, масло и специи. Жениться он на ней собрался или пошутил, как последний кретин, ей теперь все равно. Главное – поесть, чтобы лишний раз не комплексовать урчащим животом. Никита внимательно проследил за ее действиями. Вероятно, как подумала Элька, чтобы она не добавила ему слабительного или снотворного. Всего они боятся, эти бедные богатые люди! И она принялась ожесточенно орудовать отбивным молоточком по мясу. Бабуля ей говорила, чем лучше отобьешь мясо, тем мягче и вкуснее оно будет. И Элька старалась изо всех сил.