— Ну да, моя дорогая, — и ты должна понимать, что это накладывает на тебя очень большую ответственность,

— О, если бы мама знала! — воскликнула Оделла. — Она так мечтала построить больницы и школы в деревнях вокруг Шэлфорда!

— Я знаю, — сказал граф. — Но, к сожалению, у меня для этого никогда не было свободных денег.

— А я могу сделать это сейчас? — спросила Оделла.

Граф улыбнулся:

— Если хочешь. Но в то же время не забывай, что вряд ли ты проведешь остаток жизни в Шэлфорде.

Оделла вопросительно посмотрела на него, и он пояснил:

— Ты, конечно же, выйдешь замуж, и, хотя это отчасти разобьет мое сердце, поскольку мы опять будем в разлуке, я хочу, чтобы ты была так же счастлива с мужем, как был счастлив я с твоей матерью.

Оделла заметила, что он не сказал «как я с Эсме».

— Я молюсь, папа, — ответила она, — о том, чтобы найти человека, которого буду любить и который будет любить меня так же, как вы любили маму. Но, по-моему, на всем свете нет другого столь же замечательного человека, как вы!

— Теперь и ты решила мне льстить, — рассмеялся граф. — Конечно же, ты найдешь кого-то, но в то же время тебе будет нелегко избежать охотников за приданым!

— Я читала об этих охотниках, — сказала Оделла, — а девочки в пансионе часто смеялись над итальянскими аристократами, которые только и знают, что высматривать богатых невест!

— Боюсь, что и в Англии найдется немало тех, кто делает то же самое, — заметил граф. — Поэтому, моя драгоценная дочь, я должен предпринять все, что в моей власти, чтобы оградить тебя от людей, для которых твои деньги — неодолимый соблазн.

Оделла вздохнула.

— Я понимаю, папа, о чем вы говорите, — сказала она, — и, разумеется, буду очень осторожна.

Она подождала чуть-чуть и добавила:

— Но, мне кажется, если я, как мама, использую интуицию, то найду человека, подобного вам, и буду знать, что он любит меня просто потому, что я — это я.