— Нет. — Казалось, Люк-Анри вернулся мыслями из прошлого. — Нет, отец был скорее… Думаю, вы бы назвали его администратором.

— Чиновником, — перевела Кристина. Люк-Анри сделал испуганную гримасу. Потом на лице появилась улыбка.

— Да, можно сказать и так.

— А вы? Исследователь или чиновник? Или ни то, ни другое?

— Мы так не договаривались, — запротестовал он, но затем ответил: — Безусловно, чиновник. У исследователей ужасно неустроенная жизнь. А я люблю комфорт.

Но что-то в его словах — не говоря уже о широких, мускулистых плечах — подсказывало Кристине, что ее снова дразнят. И это ей не очень нравилось.

Он выжидательно посмотрел на нее.

— А вы? Как вы стали матросом?

— О, очень просто. Это цена свободы.

Он был поражен.

— Я много слышал о моряках, но ни разу не слышал, чтобы кто-то, кроме судовладельца, имел много свободы.

Кристина заново оценила его незаурядность.

— Здесь вы правы, — согласилась она.

— Но для вас это свобода? Вы сбежали из монастыря?

Она со смехом покачала головой.

— Почти. Из пансиона благородных девиц. Слышали о таких?

Его глаза засмеялись.

— Сожалею, но нет.

— Не сожалейте. Это не тот опыт, который стоит приобрести.

— Если опыт такой плохой, почему родители не забрали вас оттуда?

— Родительница, — быстро поправила Кристина. — Мама думала, я буду безумно счастлива в пансионе, где девочки должны сдавать кучу экзаменов. Она даже не пыталась отдать меня в другую школу. А я не просила. Там не так уж плохо. Просто скучно.

— Скучнее, чем матросская жизнь? — спросил он с ноткой недоверия в голосе.

Кристина вскинула на него назидательный взгляд.

— Матросы путешествуют. Пока я не приехала сюда, все путешествия были в школу и из школы. — Она еще откусила от булочки. — Но школа давно в прошлом.