─ Игорь, мне так больно!

─ Сейчас, сейчас, я почти все… ─ тяжело дыша, прохрипел он, не ослабляя своего натиска.

Наконец муж скатился с нее, и вскоре послышалось его размеренное дыхание. Игорь мгновенно заснул, даже не поцеловав ее, как бывало прежде. Расстроившись из-за его холодного обращения, разочарованная Вера не смогла заснуть почти до самого утра.

Утром она проснулась как обычно, в семь часов. Нужно было приготовить мужу завтрак. Она встала с постели, посмотрела на спящего Игоря, затем взгляд перебежал на его небрежно брошенные вещи. Она наклонилась, чтобы забрать рубашку в стирку. Из ее кармана торчал серебристый уголок, неаккуратно надорванный и мятый. Вера посмотрела повнимательней и поняла, что это упаковка от презерватива.

Сердце стало отбивать бешеный ритм. Лицо заполыхало жарким огнем.

Она побежала на кухню, открыла холодильник и налила в стакан ледяного апельсинового сока. Сделав несколько больших глотков, Вера прислонилась к стене.

«Наверно, он предложит, ― расстанемся цивилизованно»! ― внутри нее все бушевало, бурные эмоции требовали немедленного выхода, но Вера сдерживалась изо всех сил. Какой смысл метаться как запертое в клетку животное, закатывать истерики, упрекать? Бешенство, возмущение, ссоры только измучают ее. Единственное, что могло бы спасти от нервного срыва, так это скорейшее расставание, сдержанное и холодное, без упреков и обвинений.

За завтраком Вера не нашла в себе сил известить Игоря о своем намерении отправиться в путешествие с Соней. И лишь к шести часам вечера она позвонила мужу. Рабочий день подходил к концу, сотрудницы заметно оживились и, весело переговариваясь, выключали компьютеры, собирали свои вещи.

На ее телефонный звонок Игорь ответил сразу, как и обычно. Этот человек был так уверен в себе, что считал ниже своего достоинства отключать телефон, сбрасывать вызовы, независимо от времени суток.