Она училась зарабатывать деньги — в то время как большая часть страны торопливо их воровала. В результате к моменту условного окончания «смутного времени» Ольга стала настоящим, хорошим специалистом в своем деле и, с некоторым недоумением поглядывая на коллег-капиталистов, растерявших за годы боев кто — зубы, кто — здоровье, кто — нервы, взялась за накопление капитала. К настоящему моменту она являлась главой не очень крупной, но стабильной и процветающей компании «Хельга», занимавшейся в основном дизайном и рекламой.

Родители были вежливо, но решительно отправлены на жительство в прекрасный, выстроенный по авторскому проекту их заботливой дочери загородный дом, но сама Ольга наезжала туда нечасто: дела фирмы требовали ее постоянного присутствия в городе. Жила она в центре, в пентхаусе, расположенном на крыше старинного доходного дома.

Отдельные отсталые жители данного микрорайона (впрочем, пока их было явно больше, чем передовых и продвинутых) формулировали эту ситуацию несколько иначе: «Богатейка чердак выкупила и ванну там поставила. А ну как эта жакузя навернется? Ведь все этажи пробьет!» После чего, как правило, приводили в пример случай с одним армянином с Садовой. Этот самый армянин якобы заделал себе в старинном доме полы с подогревом, но, мучимый ностальгией по исторической родине, распорядился проложить этот замечательный подогрев под плитами из розового карабахского гранита. Поскольку же семьей этот зарвавшийся сибарит обременен не был, то роскошнейшую ванну-джакузи, стилизованную под фонтан Треви, брюнет-капиталист вынес прямо в большую комнату.

В результате, согласно народному преданию, в день своего окончательного новоселья бедняга решил понежиться в джакузи среди великолепного новехонького интерьера — и вместе с фонтаном, розовым гранитом и со всеми прочими своими впечатляющими достоинствами провалился в квартиру этажом ниже, лишь по счастливой случайности никого в ней не задавив.