В ход пускались разные средства. Каллен умело использовал свое преимущество многолетнего знакомства с любимой женщиной, но ему противостояла мощь традиционного французского обаяния, которое в прошлом неизменно приносило Ноэлю успех. Да и как могла не произвести впечатление такая необыкновенная галантность? Что касается Уитни, она играла с обоими, как кошка с мышью. По всему было видно, что она не собиралась давать ни одному из мужчин повод обольщаться на свой счет.

Когда Уитни не говорила с Калленом, она кокетничала с сидевшим напротив Ноэлем. Тот, естественно, не оставался безучастным, но при этом успевал поинтересоваться мнением Саманты о ранчо, на которых ему удалось побывать. Был момент, когда Уитни демонстративно вырвала руку у Каллена, но вслед за этим уже угощала его со своей вилки спаржей.

Игра продолжалась, и глаза Каллена все больше напоминали небо перед грозой. Такой поворот событий его явно не устраивал. Совсем не так рисовал он в своем воображении встречу с любимой женщиной!

– И все-таки я не понимаю, почему тебе захотелось купить ранчо в Штатах, – заметил он, обращаясь в Бомону. – К чему нарушать покой наших мирных краев?

– Дело в том, что дела вынуждают меня подолгу жить в Америке, и я лишен возможности полноценно тренироваться, – любезно пояснил француз. – А имея здесь свое ранчо, я смогу чувствовать себя как дома.

– Жаль, что за две недели вам ничего не приглянулось в нашем округе, – сказал Кинан.

– Позволю себе не согласиться с хозяином этого гостеприимного дома. Кое-что меня здесь заинтересовало, и, надо признаться, очень сильно. – Ноэль многозначительно взглянул на Уитни, которая благосклонно улыбнулась ему. – А что касается ранчо, в этом вы правы: я действительно ничего для себя не подобрал. Меня может устроить только самое лучшее. Но вы же не согласитесь продать свою ферму!