Каллен перешел дорогу, протиснулся сквозь прутья ограды, затем раскрыл черный зонт и по мокрой траве направился к всаднице, которая, казалось, совершенно его не замечала. Каллен усмехнулся: он был уверен, что Саманта его увидела и, должно быть, страшно удивлена, поскольку никто не ждал его раньше будущей недели. Хотя ему едва ли удастся пронаблюдать это удивление.
Саманта отличалась завидным хладнокровием и никогда не теряла присутствия духа, что помогало ей добиваться на скачках серьезных успехов. Благодаря этому же качеству она в юности обставляла его в покер, обычно выигрывая из пяти партий три.
Теперь Каллен уже мог хорошо ее разглядеть. Всякий раз, когда он смотрел на Саманту, ему казалось, что время повернуло назад. Сколько же ей лет? Если ему тридцать, ей никак не меньше двадцати восьми, но она осталась такой же, как в шестнадцать лет: озорным мальчишкой-сорванцом. Ни одна женщина в округе не умела так управляться с лошадьми, да и не всякий мужчина решился бы тягаться с нею.
Радость при виде Саманты теплой волной согрела душу Каллена, что несколько удивило его самого. Он и не подозревал, как ему не хватало ее все эти месяцы… точнее, годы. По сути дела, они последний раз виделись пять лет назад, на похоронах ее матери и на поминках. В тот день тоже шел дождь…
Каллен поскользнулся на мокрой траве и, снова взглянув на всадницу, забеспокоился. Она что, намеренно старается свернуть себе шею?
Саманта направила лошадь в его сторону и заставила взять препятствие под углом. Лошадь легко взвилась над изгородью, затратив ровно столько усилий, сколько было необходимо – ни больше ни меньше, – и преодолела преграду, едва коснувшись ее копытами. Саманта сразу же пустила лошадь шагом и, объехав вокруг Каллена, остановилась перед ним.
– О, кого я вижу! – с деланным удивлением проговорила она. – Что привело вашу светлость на мое скромное пастбище?
– Я заблудился, – в тон ей ответил Каллен, – мне нужно попасть в «Восточную красавицу». – Он назвал известное в округе увеселительное заведение весьма сомнительного характера.