– Рад за нее. Ну а как Калида?

– Ах, Калида! – Саманта многозначительно улыбнулась. – Она все такая же заботливая и рассудительная – несмотря на свое Грандиозное Увлечение.

– Что еще за грандиозное увлечение? – удивился Каллен.

– У нее роман с Бобби Крейгом.

– Шутишь?

– Ничуть. Представь себе, между моим помощником и экономкой вспыхнула искра страсти, которая продолжает гореть со времени твоего последнего приезда. Они, разумеется, думают, что никто ничего не замечает… Вообще-то так оно и есть, об этом знаю только я, – улыбнулась Саманта.

– Не может быть. Мигель наверняка в курсе дела, что его сестра и Бобби неравнодушны друг к другу.

– А вот и ошибаешься. Мужчины такие невнимательные на этот счет…

– Неправда.

– Чистая правда! Если женщина не хочет, чтобы мужчина знал о ее чувствах, никто из вашего брата ничего не заметит, можешь мне поверить. – Саманта свысока посмотрела на Каллена.

– Ну, это какие-то женоненавистники.

– Нет. Обычные мужчины.

Каллен рассмеялся.

– А как поживает Уитни? – небрежным тоном поинтересовался он.

Однако его напускная небрежность не обманула Саманту. На губах ее появилась хитрая улыбка, в глазах запрыгали чертики.

– Она стала еще прекраснее, еще чувственнее, еще грациознее…

– Понял, понял, – проворчал Каллен. – Я не об этом тебя спрашиваю.

– Что же касается остального – должна тебя огорчить. Появился еще один претендент.

– Какой еще претендент? – выдохнул Каллен, чувствуя, как краски вокруг начинают тускнеть.

Саманта перекинула ногу через низкую луку седла и соскочила с лошади.

– Его зовут Ноэль Бомон. Ну, что тебе о нем сказать? Высокий, темноволосый, хорош собой, типичный француз, к тому же – очень богат. Хочет купить в Америке ранчо. Твой отец пригласил его у вас погостить и познакомиться с достопримечательностями Виргинии.