Майк заметил, что другой сварщик приостановил работу и посмотрел на них, когда упомянули имя Сюзанны.

— Да, ее, — ответил Майк.

— Так для чего вы привезли ее сюда? — настаивал Зебулон.

— Как для чего?.. Разве непременно должна быть какая-то цель?

— Ох, мистер, если бы я был на вашем месте, я бы немедленно развернул эту шикарную машину и прямиком бы поехал назад — туда, откуда приехал.

Маленькая девочка, лет шести-семи, несмело бродила около машины. Сюзанна улыбнулась ей, надеясь, что девочка станет посмелее, подойдет и прервет своим присутствием неприятный, тягостный тет-а-тет.

— Здравствуй, как тебя зовут?

Девочка остановилась в метре от машины. Она поднялась на цыпочки и с любопытством уставилась на Сюзанну, потом прошептала:

— Какое красивое платье…

Ее собственное хлопчатобумажное платьице давно потеряло свой цвет. Длинные, спутанные волосы выглядели грязными. Она была босиком, грязь комками прилипла к ногам.

— Тебе понравилось, да? Меня зовут Сюзанна. Атебя?

Девочка засунула палец в рот, продолжая разглядывать одежду Сюзанны.

— Лиза! — позвала массивная, бедно одетая женщина с крыльца магазина. — Лиза, подойди сюда немедленно!

Девочка сразу же убежала.

Итан рассмеялся:

— Миссис Сатли верит во все эти россказни о том, что нью-йоркцы пожирают детей.

— А ты веришь? — спросила Сюзанна.

Итан на минуту задумался:

— А это мы посмотрим как-нибудь ночью…

Позади, в дверях мастерской толпились его приятели. Они завистливо наблюдали за разговором, подталкивая друг друга.

Зебулон волновался все сильнее:

— Я говорю вам, старая мельница разрушена. Там нечего делать, совсем нечего.

К щекам Майка начала приливать кровь. Он чертовски устал и очень хотел сказать этим людям, что у них весьма искаженное представление о гостеприимстве. Но сдержался, памятуя о том, что он здесь чужой.